Мировой праязык – русский

 

 

Берегите наш язык, наш прекрасный русский язык,

Этот клад, это достояние, переданное нам нашими предками!

Обращайтесь почтительно с этим могущественным орудием;

В руках умелых оно в состоянии совершать чудеса.

                                                                                            И.С. Тургенев

 

 

 

 

Открытия, сделанные в археологии палеографии и лингвистики на протяжении XIX–XXI веков подтверждают наличие письменности в обществе первых людей. По мнению многих учёных, первичным языком человечества был протославянский язык. «Славянский язык был создан в конце праславянской эпохи, в то время, когда отдельных славянских языков еще не было, а были лишь отдельные диалекты единого праславянского языка» [1]. В доисторическую эпоху одним из первых народов, имеющих несколько видов письменности, были славяне. «Славяне имели грамоту не только прежде всех западных народов Европы, но и прежде римлян и даже самих греков и что исход просвещения был от русов на запад, а не оттуда к ним. И если что остановило на время просвещение русов, то это были периоды губительных нашествий персов, греков, римлян, монголов, истреблявших все огнем и мечом; равно внутренние раздоры, оканчивавшиеся всегда всеистребляющими пожарами» [2]. Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, писал: «Святые Праотцы Адам и Сиф поставили два столпа каменный и кирпичный и написали на них о создании Богом человека, о падении, изгнании из рая и об обетованном от Господа избавлении человеческого рода. <…> Иудейский историк Иосиф Флавий (I в. н.э.) писал, что тот каменный столп до его времени находился в Сирии» [3]. Иосиф Флавий написал об этом в своей книге «Иудейские древности». До Вавилонского столпотворения, как сказано в Библии, «на всей земле был один язык и одно наречие» (Быт. 11, 1). За новое противление людей Божественному Промыслу, их упорству в грехе «смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле» (Быт. 11, 9). Потомки трёх братьев Сима, Хама, Иафета образовали три расовые ветви и три языковые группы, которые со временем разделились на диалекты. Письменность сохранила изначальное единство в рамках расовых ветвей: иафетская – праславянский язык, санскрит; семитская – финикийский, древнееврейский, арамейский и всё разнообразие арабских языков; хамитская – афро-азиатские языки. Патриархи родов, совмещая в себе функции царей и первосвященников, были главными хранителями тайн письменности.

А.С. Шишков (1754–1841). Худ. Доу Джордж (1781–1829). Фото из открытых источников

Государственный секретарь и министр народного просвещения адмирал А.С. Шишков (1754–1841) в своём труде «Славяно-русский корнеслов» пишет: «Ной был не вновь созданный человек, но оставшийся от прежде бывших людей: следственно, если потомство людское не было прервано, то и прохождение языка из уст в уста не могло быть остановлено; ибо сын всегда говорит языком отца своего. Никогда народ, происходящий от другого народа, не бросал языка предков своих и не производил нового, особо им составленного. Заметим, столпотворение Вавилонское не опровергает сей истины. Для смешения языков не было надобности разделять их на многие первобытные языки; но довольно было из одного и того же языка сделаться разным наречиям, дабы люди (как мы то и ныне видим) перестали друг друга разуметь. Впоследствии народы получили разные имена: халдеи, скифы, славяне, персы, но чрез то не перестали быть потомками детей Ноевых. Равным образом, и языки их. Не только через сорок или пятьдесят веков, но часто чрез один или два века язык предков становится невразумительным для потомков. Сами названия языков отрицают уже их первобытность, ибо языки называются именами говорящих ими народов, а народы не прежде могли получать имена, как по размножении своем, когда надлежало им различаться одним от других. Таким образом, первобытный язык исчез сам по себе, но существует во всех языках, в иных больше, в иных меньше. Он существует в них не словами своими, но корнями, из которых каждый язык произвел свои ветви. Наречия, весьма одно от другого отдаленные, почитаются уже особыми языками. Это происходит оттого, что некоторые слова забываются, другие изменяются, третьи вновь выдумываются и входят в употребление. Но забытое слово не престает иногда существовать в происшедших от него ветвях, измененное остается часто не изменившимся в корне, новое обыкновенно производится от старого. Таким образом, как бы новейший язык ни отошел далеко от первобытного своего образа, однако следы его остаются в нем приметными и не изгладившимися. При старании можно до них добраться. Приведем для примера одно только слово из сравнительного словаря на многих языках – день. День, динь, дзень, дженъ, диэна, деиц, диэс, диа, деирна, диорнод, джор, джорно, диэс, дис, жор, жур, дианг, даг, таг, дагур, дегов, дивес, дай, дэй. На сорока наречиях и языках видно, что все они одно и то же слово повторяют. Но какая сделалась разность между русским день, французским jour и немецким tag! Оба пути, по которым изменение слова происходило, весьма очевидны: Первый: день, диэна, диэц, диурно, джорно, жур. Второй: день, дань, даанг, даг, таг. Существует ли ныне такой ближайший к первобытному язык? Если существует, тогда народы, говорящие отдаленными наречиями, могли бы отыскивать в нем корни и происхождение своих слов. Многие древние и новейшие бытописатели такой язык производят от скифов, а тех от Иафета, одного из сынов Ноевых. Само слово скивы или скиты почитают славенским, означающим скитание, то есть прехождение от одного места в другое, поскольку первоначальные народы не имели постоянных жилищ. Если даже только по историческим событиям рассуждать о славенском языке, то очевидно, что он был самодревнейший, и ближайший к первобытному языку, ибо одно исчисление скифо-славянских народов, под тысячами разных имен известных и по всему лицу земли расселившихся, показывает уже как великое его расширение, так и глубокую древность. Я же вхожу только в корнесловие. Когда исследование слов разных языков показывает великое и всеобщее отношение их к славенскому языку, то как история, так и язык, одно другим взаимно подкрепляемое, ведут к несомнительным заключениям. Я не по слепому пристрастию к отечественному языку моему, не по мечтательным догадкам, но по истинному и точному исследованию многих языков и наречий, мнению моему справедливое основание полагаю» [4].

Наш современник востоковед-лингвист, филолог, доктор философии А.Н. Драгункин (род. 1947) научно обосновал древность русского языка как первоосновы всех европейских и части азиатских языков. «Если посмотреть на «языковую карту мира», – пишет А.Н. Драгункин, – то уже после краткого с ней ознакомления становится абсолютно ясно, что в очень многих языках существуют разрозненные следы некой «общей базы», <…> которая на самом деле была «общим праязыком», и что на обозримом горизонте есть один язык, то есть представлены в нём в наиболее полном виде – и не в виде хаотическом и разрозненном, а как одной системы, образующей, повторяю, единое целое, – <…> и этот язык – русский!» [5]. Все современные языки имеют тенденцию к упрощению, тогда как русский язык сохраняют свою стабильность. Английский язык <…> семимильными шагами бежит к «состоянию сегодняшнего китайского языка», он очень структурирован, в английском тоже осталось всего 5 функциональных изменений, <…> его грамматика, фактически, тоже является сплошным «лего»! А вот русский язык не очень-то спешит становиться «аналитическим», так как он ни от чего не отпочковывался – столько времени и так упорно сохраняет древние черты, и есть наилучшее доказательство того, что именно русский язык и является «базой» языком – стержнем, тем языком – хранителем, языком – стволом, от которого в своё время отпочковывались и семьи, и группы» [6]. А.Н. Драгункин указывает на наличие в русском языке корневого «дуализма», чего нет ни в одном языке мира: «<…> корни имеющие одинаковое происхождение уже разнятся между собою, но при этом всё равно описывают/передают явления одного порядка = категории. Пример: холодный/горячий (хл/гр), большой/малый (бл/мл), худой/годный, влага/пламя и т.д.» [7]. Учёный отмечает более позднее происхождение санскрита по сравнению с русским языком: «в рамках индоевропейской языковой семьи славяно-балтийская и индоиранская группы, без всякого сомнения, являются самыми близкими друг другу, но цепочка последовательности может выглядеть только следующим образом: БР-ПЛ-PAR/PUH-ВУК/VYAK VOK, (так как звукоподражательное свойство русского языка является наиболее архаичное и древнее), ясно, что русское «БР» – значительно более «раннее», чем санскрито-европейские «VYAK/VOX», поэтому санскрит нужно рассматривать не как некий «источник», а только как один из «результатов» развития русского языка. Да ведь и история <…> говорит, что арии пришли в Индию уже оформившейся группой близкородственных племён со своим языком – причём с севера, с территории России!» [8].

Индийский учёный Дурга Прасад Шастри (1853–1931) в одной из работ писал: «Если бы меня спросили, какие два языка мира более всего похожи друг на друга, я бы ответил без всяких колебаний: русский и санскрит <…>. Удивляет то, что в двух наших языках схожи структуры слова, стиль и синтаксис. Добавим ещё большую схожесть правил грамматики – это вызывает глубокое любопытство у всех, кто знаком с языкознанием». Как бы я хотел, чтобы Панини, великий индийский грамматист, живший около 2600 лет назад, мог бы быть здесь со мной и слышать язык своего времени, столь чудесно сохраненный со всеми мельчайшими тонкостями». [9] Важным фактором ближайшего родства русского языка и санскрита является колоссальный лексический фонд, который сосредоточен в названиях рек, несущих свои воды по обширной территории нашей Родины. В России находятся 2, 7 млн. рек и 2, 5 млн. озер 93 % из них носят названия, которые полностью совпадают только с санскритом и русским языком! К сказанному можно добавить, что более 78% слов санскрита полностью совпадают с русскими и не нуждаются в переводе или толковании! И ещё существует множество других слов, образованных от единых корней, которые при пояснении становятся понятными, без затруднений, любому русскому человеку, совсем не знакомому с санскритом. Санскритское слово संस्कृत /saṅskṛta/ санскрита: 1. очищенный, 2. украшенный, 3. культурный; (n.) обработка, подготовка, наряд, украшение. [10]. В Ведах повествуется о северной прародине, в которой жили семь великих мудрецов, давших всему миру мудрость и добродетель, достоинства и знания, ставших основоположниками древней северной цивилизации. Символом немеркнущей славы и величия древних князей–риши–раджей у индусов является созвездие Большой Медведицы. Северную страну, ставшую для них источником мудрости и почитаемую ими как святую землю их покровителей, они называют: राष्ट्र /rāṣṭra/ раштра – (n.) господство; राज्य /rājya/ раджья – (n.) царство, царствование над кем-л; राजर्षि /rājarṣi/ раджарши (/rāja + ṛṣi/) – (m.) царственный мудрец или риши (т.е. мудрец царского происхождения). [11]

Древнейшие алфавиты

На европейском континенте доминирующими видами письменности были: винчанская, пеласгическая, этрусская, гетская, а на территории Малой и Центральной Азии – хеттская письменность. В Египте со времени правления I династии фараонов (3218–3035 гг. до н.э.) использовалось т.н. иератическое письмо (др.-греч. γράμματα ἱερατικά) – «священные буквы». Источником древнееврейского письма был финикийский алфавит, оба вида письменности имели своё близкое родство с древнеегипетским письмом. Главные признаки, показывающие родство этих языков и алфавитов можно отметить следующие: 1. в обоих языках наличествует 22 буквы алфавита. Буквы этих алфавитов несут в себе некоторые идеи египетского письма, так как каждая имеет идеограмму. Безусловно, характер несущей информации этих идеограмм имеет религиозно-ритуальный характер.

2. отсутствие огласовки, то есть все знаки алфавита обозначают только гласные буквы. Гласные в свою очередь приходилось запоминать наизусть. Что являлось крайне сложным препятствием в изучении этих языков.

3. каждая буква несёт идеографическую нагрузку – смысл символа, переходящий в графему. Соответствие каждой букве смыслового знака – алеф=бык, бет=дверь и т.д.

4. акрофонический принцип – знак каждой буквы происходит от названия предмета: бет (дом) = б, далет (дверь) =д и т.д.

5. направление письма справа налево.

6. в семитских языках носителем слова являются не гласные, а согласные буквы.

7. трёхбуквеность корней, которые опять же состоят из конструкции согласных букв, например, «три согласных K–T–B, образуют корень, основное значение которого – письмо, писание. Корень сам по себе является грамматической абстракцией. Слова в обычной речи формируются добавлением гласных, приставок, инфиксов и суффиксов» [12]. Буквенно-звуковое письмо обычно подразделяют на консонантно-звуковое, знаки которого обозначают только согласные звуки, и вокализовано-звуковое, знаки которого обозначают как согласные, так и гласные звуки речи. Консонантно-звуковое письмо применялось или применяется главным образом семитскими народами – финикийцами, арамейцами, евреями, арабами и др., так как в языках этих народов особенно большое значение имеют согласные звуки. «Источником для появления в этом регионе мира, первых алфавитов был Египет и Шумер, так как в этих цивилизациях имелись однобуквенные словообразования, «за тысячу лет до семитской письменности, уже имелись 24 согласные буквы», так и в Шумере имелась «клинопись своей силлабичностью, огласовкой и знаками, потерявшими свой пиктографический облик, отсутствием акрофонического принципа и, наконец, направлением письма слева направо, во всех отношениях резко отличается от семитического алфавитного письма» [13].

Греческий алфавит

Греки (Έλληνες) – народ, который сформировался на юго-востоке Европы в I тысячелетии до н.э. Греки появились на исторической арене под этнонимами – ахейцы, дорийцы, данайцы и являлись представителями семитских народов Ближнего Востока, поселившихся на землях: Греции, Крита, Сицилии, Южной Италии, Испании, северной Африке. Геродот в «Истории» отметил интересное обстоятельство – до прихода ахейцев и других семитских народов на этих землях жили пелазги – славяне, догреческое население [14]. Пелазги в доисторические времена населяли всю Европу, часть Азии, а также острова Средиземного моря, такие как Лемнос, Крит, Кипр, а также северную Италию, где италиками и латинами назывались этрусками, а греки называли их тирренами или тирсенами. Это разные названия одного славянского народа. На сохранившихся барельефах времён фараона Рамсеса III (1185–1153 гг. до н.э.) вырезаны фигуры воинов, сильно отличающихся своим видом от изображённых рядом египтян, тут же находятся пояснительные надписи, объясняющие, кто изображён здесь: PLST, TRS (в латинской транслитерации), что означает ПЛСТ – пелиштим – пелазги и ТРС – тирсены – тиррены – этруски [15].

О происхождении греков-эллинов и других семитских народов, населивших север Африканского континента, большую часть островов Средиземного моря, Сицилию и Испанию, написал в своей научной монографии Илья Шолеймович Шифман (1930–1990) «Ветхий Завет и его мир» (1987), где отметил еврейское происхождение эллинов – народа, который расселился во многих странах Средиземноморья. Соответственно, этноним эллины является теофорным и образован от одного из имён Бога Саваофа –- Эль-Шаддай, что в переводе с древнееврейского означает ‘Господь-Вседержитель’ или вариант теонима Эли – Иехоэли – ‘Господь Всевышний’ [16]. Эллины – семитские переселенцы, почитатели Бога Эль-Шаддая, постепенно заселяли соседние земли, привнося свои обычаи, традиции, язык и письменность. Чтобы убедиться в правоте И.Ш. Шифмана, достаточно посмотреть на маркеры гаплотипов Y-ДНК народов мира. У иудеев он составляет: Е1в1в1с1, у греков – Е1в1ва2. Как видно, на генетическом уровне обнаруживается очень близкое родство между этими, казалось бы, разными народами. Родственны с этими народами немцы, проживающие в центральной и южной Германии, их гаплотип идентичен современным народам Ближнего Востока – Y-ДНК: G1, G2, G2a. Неудивительно, что идиш сильно распространен в Германии [17].

Сводная таблица значения букв в основных алфавитах

Научные изыскания палеографов

«В 50–60 годах XX века в печати появились научные статьи А.С. Львова (1905–1979), Н.А. Контантинова (1894–1958), А.А. Формозова (1928–2009), и И.А. Фигуровского (1899–1982), в которых утверждалось, что праславянская письменность имела основу в слоговом письме, существовавшем в V–IV вв. до н.э. на острове Кипр [18]. Еще дальше вглубь веков относил начало праславянской письменности А.А. Формозов [19]. По мнению ученого, письменность, состоящая для всей степной полосы и «сложившаяся на местной основе», существовала уже в середине II тысячелетия до н.э. Н.А. Константинов и И.А. Фигуровский, не смотря на недостаточность исходных фактических материалов, опубликовали даже алфавиты предполагаемого ими протоглаголического письма. Н.А. Константинов, сопоставив форму причерноморских знаков, во-первых, с формой букв глаголицы, во-вторых, с формой загадочных, до сих пор еще не расшифрованных знаков, встречающихся на древнерусских пломбах, печатях, монетах, пряслицах и календарях, в-третьих, с формой знаков слогового письма, существовавшего в V–IV вв. до н.э. на острове Кипр, обнаружил значительное графическое сходство между знаками этих трех видов письменности [20]. При этом знаки глаголицы, сходные по форме со знаками кипрского слогового письма, оказались близки к ним и по звуковому значению. На основе всех этих сопоставлений Н.А. Константинов построил гипотезу, согласно которой причерноморские знаки ведут свое происхождение от знаков кипрского слогового письма. Письмо это могло стать известным скифо-сарматскому, а затем и праславянскому населению Причерноморья. Под влиянием причерноморских знаков славянами сперва были созданы, согласно Н.А. Константинову, знаки, применявшиеся ими на пломбах, печатях, монетах, пряслицах и т.п., а впоследствии и вся система буквенно-звукового глаголического письма. Многочисленную группу вероятных памятников дохристианской славянской письменности образуют загадочные надписи и знаки на древнерусских предметах быта и на различных ремесленных изделиях. Из этих надписей наибольший интерес представляет так называемая алексановская надпись. Надпись эта, нанесенная на глиняный сосуд X–XI вв., была открыта в 1897 году русским археологом, профессором МГУ В.А. Городцовым (1860–1945) во время раскопок у села Алексаково под Рязанью и содержит 14 знаков, расположенных в строковой планировке. В 1898 году там же на обломках посуды было обнаружено еще пять аналогичных знаков [21]. Как указывает В.А. Городцов, «сосуд плохо обожжен, изготовлен, очевидно, наспех, изготовление местное, домашнее, следовательно, надпись сделана местным или домашним писцом, т.е. славянином». Знаков слишком много, чтобы их можно было принять за клеймо мастера. «Остается предположить, – делает вывод В.А. Городцов, – что знаки представляют собой литеры известного письма». Представляет также интерес «надпись» на ребре барана, открытая в 1916 году русским археологом, заслуженным профессором Московского университета Д.Я. Самоквасовым (1843–1911) при раскопках северянских курганов у Чернигова. «Надпись» содержит 15–18 знаков, расположенных внутри полуовала. «Знаки, – пишет Д.Я. Самоквасов, – состоят из прямых резов и, по всей вероятности, представляют русское письмо X века, на которое имеются указания в некоторых источниках» [22]. Многочисленные статьи были посвящены знакам, обнаруженным (впервые в 1864 г.) на свинцовых пломбах, видимо, торговых печатях X–XIV вв., найденных на Западном Бугу у села Дрогичина; общее количество этих знаков измеряется многими сотнями [23]. На лицевой стороне некоторых дрогичинских пломб стоит буква кириллицы, а на обратной стороне – один из «загадочных» знаков. Большое внимание исследователей привлекли также многочисленные загадочные знаки, встречающиеся наряду с надписями, сделанными кириллицей, на старорусских календарях и на пряслицах X–XI и более поздних веков [24]. В 40–50-х годах XX века в этих загадочных знаках многие пытались увидеть прототипы глаголических букв. Ученые склоняются к пониманию этих знаков как славянских «черт и резов» [25]. Сравнительная же немногочисленность дошедших до нас памятников дохристианского славянского письма обусловлена недолговечностью материалов для письма – дерева и бересты.

Сведения о существовании древнейшей праславянской письменности

Исходя из богатства графем, обнаруженных на землях славян, можно сделать вывод о наличии как минимум трех азбук праславянского языка:

Первая: Протокириллица – язык и письменность, известная ранее по обнаруженным знакам. Эту письменностью использовал святой равноапостольный Кирилл для перевода Священного Писания. О существовании у славян протокирилловского письма свидетельствует и тот чрезвычайно малый срок, который понадобился святому Константину Философу (827–869), согласно его «Житию», для разработки упорядоченной славянской азбуки.

Вторая: Глаголица – создана учениками святого Мефодия, архиепископа Моравского (815–885) на основе гетских рун.

Третья: Руническая письменность, о которой «писал арабский ученый Ибн-Якуб-эль-Недим в 987 году и сообщение персидского историка Фахр ад Дина (нач. XIII века), согласно которому хазарское письмо «происходит от русского (рунического) письма» [26].

Сведения о существовании у древних славян письменности

1. Сообщение древнейшей восточнославянской летописи «Повести временных лет», согласно которому при осаде князем Владимиром Святославичем Херсонеса (кон. X в.) один из жителей Херсонеса, по имени Анастасий, пустил в стан князя Владимира стрелу с надписью: «Кладези еже суть за тобою от востока, из того вода идет по трубе».

2. Сообщение арабского путешественника Ахмад ибн ал-Аббас Ибн Фадлана, который во время пребывания у волжских болгар в 921 году видел обряд погребения одного руса. «Сначала они развели костер и сожгли в нем тело, – рассказывает Ибн Фадлан, – а затем они построили нечто подобное круглому холму и водрузили в середине его большую деревяшку тополя, написали на ней имя этого мужа и имя царя русов и удалились».

3. Сообщение арабского писателя Абуль-Хасан Али ибн аль-Хусейн аль-Масуди (ум. в 956 г.), который в сочинении «Золотые луга» утверждает, что он обнаружил в одном из «русских храмов» пророчество, начертанное на камне.

4. Сообщение епископа Мерзебургского Титмара (976–1018 гг.), который указывает, что в языческом храме города Ретры он видел славянских идолов; на каждом идоле особыми знаками было начертано его имя.

5. Сообщение арабского ученого Ибн-Якуб-эль-Недим, который в своем труде «Книги росписи известий об учёных и именах сочинённых ими книг» передает относящийся к 987 году рассказ посла одного из кавказских князей к князю руссов. «Мне рассказывал один, на правдивость которого я полагаюсь, – пишет Ибн эль Недим, – что один из царей горы Кабк послал его к царю русов; он утверждал, что они имеют письмена, вырезываемые на дереве. Он же показал мне кусок белого дерева [27], на котором были изображены, не знаю, были ли они слова или отдельные буквы». Сообщение Ибн эль Недима особенно интересно тем, что он дает зарисовку упоминаемой им надписи. Расшифровать эту надпись не удалось; по своей графике она отлична и от греческого, и от латинского, и от глаголического, и от кирилловского письма. Большинство советских и болгарских ученых (П.Я. Черных, Д.С. Лихачев, Е. Георгиев и др.) считали эту надпись образцом славянского докирилловского письма типа «черт и резов».

6. Сообщение персидского историка Фахр ад-Дин Мубарак-шах Марварруди (XII–XIII в.), согласно которому хазарское письмо (речь, по-видимому, идет об уже исчезнувшем, но известном Фахр ад Дину, хазарском руническом письме) происходит от русского [28]. В VIII главе «Паннонского жития» святого равноапостольного Кирилла написано о существующем развитом, буквенно-звуковом восточнославянском письме. Согласно этому Житию, святой Кирилл во время путешествия к хазарам обрел в Херсонесе Евангелие и Псалтирь, написанные русскими письменами. Вполне понятно любому человеку – приезжая за границу в любую страну, путешественники, чтобы их услышали и поняли жители страны, должны говорить на языке принимающей стороны. Тем более с VIII века Византия находилась в состоянии постоянной войны с Русью. Поэтому думать, что святой Кирилл говорил с русами на греческом – маловероятно! Скорее святой Кирилл говорил с русами на их родном языке! И если бы он не владел в совершенстве древним русским языком того времени, такой подарок для него, как для иностранца был бы бессмысленным. В житии не сказано, зачем были подарены тексты Священного Писания. Причина достаточно ясна – этот дар был напутствием в дорогу и пособием в долгом миссионерском путешествии, так как святой Кирилл направлялся тогда для христианской проповеди в Хазарию. Возможно, тогда была большая нужда в Священных книгах на русском языке, необходимых в путевой библиотеке проповедника, так как русский язык был достаточно распространён в каганате. Предположение о позднейшей вставке опровергается, во-первых, достоверностью почти всех сведений, сообщаемых «Житием» Кирилла, а во-вторых, тем, что рассказ о книгах, найденных им в Херсонесе, встречается во всех 23 списках этого «Жития», причем не только в русских, но и в южнославянских». В житии святого мученика Климента Римского (См.: Четьи-Минеи свт. Димитрия Ростовского. 25 Ноября) указано более подробно об этом событии: «Во время его управления епархией (митроп. Георгий II) пришли в Херсонес два христианских учителя Мефодий и Константин Философ, нареченный впоследствии Кириллом; они направлялись на проповедь к хазарам и по дороге расспрашивали о мощах святого Климента; узнав же, что они находятся в море, эти два учителя церковные стали побуждать епископа Георгия к открытию духовного сокровища – мощей священномученика. Епископ Георгий, побуждаемый учителями, отправился в Константинополь и поведал обо всем царствовавшему тогда императору Михаилу III (840–867), а также святейшему патриарху Игнатию (ок. 797–877). Царь и патриарх послали с ним избранных мужей и весь клир святой Софии. Прибыв в Херсонес, епископ собрал весь народ, и с псалмами и пением все отправились к морскому берегу, в надежде получить желаемое, но вода не расступилась. Когда зашло солнце и сели в корабль, вдруг, среди полуночного мрака, море озарилось светом: сначала явилась голова, а затем все мощи святого Климента вышли из воды. Святители, благоговейно взяв их, положили на корабль и, торжественно внеся в город, поставили их в церковь.

Академик В.И. Ламанский (1833–1914) писал, что крещение князя Аскольда и киевлян совершили апостолы славянского просвещения святые Кирилл и Мефодий. Именно они, по мнению ряда историков, возглавляли миссию, направленную патриархом Фотием на Русь. Крещение киевских князей Аскольда и Дира и появление в Киеве христианской общины во второй половине IX столетия не были событиями исторически случайными. Они были подготовлены всем предшествующим развитием христианской миссии среди славян и представляют важный этап в истории христианства Восточной Европы. 860 год явился также годом признания Киевской Руси самой передовой и мощной державой тогдашней «ойкумены» Византией, и таким образом Древнерусское государство вышло на арену мировой истории. Академик Б.Д. Греков (1882–1953), по вопросу крещения киевских русов времени Аскольда и Дира и богослужебного языка в то время, писал: «Никаких сомнений не вызывает у нас и сообщение Константинопольского Патриарха Фотия о том, что Русь „переменила эллинское нечестивое учение… на чистую и неподдельную христианскую веру». Стало быть, христианство делало на Руси несомненные успехи и до официального признания его здесь господствующей государственной религией. Христианство было неизбежно связано с распространением книжности. Но письменность была на Руси и до принятия христианства». Крещение относится к 860 г., после похода Руси на Константинополь (860), при патриархе Фотии I (ок. 820–896), что по времени совпадает с крещением Болгарии. Крещение совершилось при киевских князьях Аскольде и Дире. Крещение сопровождалось созданием на Руси архиепископской кафедры в г. Киеве. Патриарх Константинопольский Фотий в «Окружном послании к Восточным Архиерейским Престолам» написал в 867 г. об успешном крещении народа Рос: «так называемый народ Рос – те, кто, поработив живших окрест них и оттого чрезмерно возгордившись, подняли руки на саму Ромейскую державу! Но ныне, однако, и они переменили языческую и безбожную веру, в которой пребывали прежде, на чистую и неподдельную религию христиан, сами себя с любовью! поставив в положение подданных и гостеприимцев вместо недавнего против нас грабежа и великого дерзновения. И при этом столь воспламенило их страстное стремление и рвение к вере (вновь восклицает Апостол Павел: «Благословен Бог» во веки! (Ср.: 2 Кор. 1, 3; 1 Петр. 1, 3; Еф. 1, 3), что приняли они у себя епископа и пастыря и с великим усердием и старанием встречают христианские обряды». В книге Иоанна Зонары (ок. 1070 – ок. 1159) «Паралипомен» содержится три важнейших сведения: в хронике сообщается о крещении народа Болгарии, о первом походе Руси на Царьград при императоре Михаиле III, о чуде с Евангелием и крещении русов при византийском императоре Василии I. В Никоновской летописи XVI в., которая соединила различные источники, написано, что князья Аскольд и Дир вместе со своими дружинами совершили несколько походов на Царьград, а также описано крещение Руси «при князе Русском Осколде». Обстоятельство и подробности этого крещения, указанные в Никоновской летописи, полностью совпадают с описанием, указанным в «Жизнеописания византийских царей». В Густинской летописи (XVII в.) есть упоминание об этом крещении: «В лето 886 прииде Михаил митрополит в Русь, послан от Василя Македона, царя Греческого и Фотия патриарха, иже уверяя Русь вверже Евангелие в огонь и не изгоре, и сим чудом ужаси Русь и многия крести» [29]. В «Толковой Палее» (XV в.) «написано: «А грамота русская явилась, Богом дана, в Корсуни русину, от нее же научился философ Константин и оттуда сложив, и написав книги русским языком» [30]. Встречаются указания о существовании письменности на Руси в начале X века и в дошедших до нас договорах русских князей Олега и Игоря с Византией. Так, в договоре князя Олега с греками (911 г.) есть указания о существовании у русских письменных завещаний: «Аще кто умретъ, не урядив своего имения, ци своих не имать, да возвратить имение к малым ближикам в Русь. Аще ли сотворить обряжение, таковый возметь уряденое его, кому ю будеть писал наследити именье его, да наследите». В договоре князя Игоря с греками (944 г.) говорится о золотых и серебряных печатях, о посыльных грамотах, которые вручались русским послам и гостям, отправляющимся в Византию: «Ношаху сли печати злати, и гостье сребрени. Ныне же уведал есть князь вашь посылати грамоты к царству нашему; иже посылаеми бывають от них посли и гостье, да приносять грамоту пишюче сице; яко послах корабль селико, и от тех да увемы и мы, оже с миром приходять. Аще ли без грамоты придуть и преданы будуть нам, да держим, и храним, дондеже возвестим князю вашему» [31]. Включение в договоры с Византией особых пунктов о завещаниях, посыльных, гостевых грамотах и печатях доказывает не только то, что все это уже существовало на Руси начала X века, но также и то, что к X веку это стало распространенным явлением. Памятниками русской письменности X века должны считаться и сами русские договоры с Византией, так как перевод их с греческого на русский [32] был, видимо, современен самим договорам. Так, С.П. Обнорский (1888–1962) на основе изучения языка русских переводов договоров писал: «появление текстов договоров в переводе с греческого языка не могло быть ни относительно поздним, ни одновременным, следовательно, оно приблизительно должно было совпадать со временем фактического заключения соответствующих дипломатических актов» [33]. Особенно интересно имеющееся в договоре 911 года указание, что Русь и Византия и в более давние времена решали спорные вопросы «не только словесно, но и письменно». К еще более раннему времени относятся договоры болгарских князей с Византией. Первый из них был заключен в 714 году, второй (несомненно, письменный) – в 774 году.

Кириллица

Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий в совершенстве владели славянским языком, так как они были родом из города Солунь (совр. Фессалоники), который был основан в доисторические времена праславянами. В русских летописях город именуется Селунь, что значит се=вот – указательное местоимение, Лунь – Луна = ‘зарница’, ‘свет на небе’; луно = ‘пуп’; лунуть =’звук’, ‘гул’ [34]; ‘хищная птица семейства ястребиных’ (также ‘седой, белый’) [35]. Основным населением в Солуни были славяне вплоть до VII века н.э., когда византийским императором Юстинианом II Ринометом (669–711) часть славянского населения была выселена в Антиохию, другая часть славян была перебита по его приказу под Никомидией. Даже после этого большинство населения Солуни составляли славяне. Житие святых Кирилла и Мефодия также указывает на их славянское происхождение. «Создание одного общеславянского литературного языка для всей территории праславянского языка было предприятием вполне осуществимым, причем за основу для такого общеславянского литературного языка можно было принять любой местный диалект. Святой Кирилл принял за основу для этого литературного языка диалект солунских славян, по-видимому, только потому, что сам был родом из Солуни и практически владел именно этим говором. Святой Кирилл проповедовал среди моравских славян, т.е. западных, которые, услышав богослужение на славянском языке, восприняли этот язык как свой родной» [36]. Одной из причин введения греческих букв в славянский алфавит было разрушение магии нумерологического порядка графем алфавита древних славян. «Новый алфавит» с инородными буквами утрачивал магический порядок букв славянской азбуки. Черноризец Храбр, живший в IX веке, отмечал в своём труде, что славяне «годаху» по чертам и резам. Примером практики применения графем алфавита в магических целях из новейшей истории можно привести время прихода к власти в Германии национал-социалистической фашистской партии. Партия использовала древнюю символику в пропагандистских целях, предавая особое значение германским рунам, как инструменту оккультного влияния. Всем дивизиям СС были присвоены литеры древних германских рун. Как известно, именно эти войска – элита Вермахта – отличались невероятной жестокостью и являлись лучшими и передовыми армейскими частями Германии [37].

Известный русский славист доктор филологических наук В.А. Истрин (1906–1967), исследуя самобытность русского языка и письменности, пришел к важному выводу: «Соответствие кирилловского алфавита русскому языку подтверждается тем, что за тысячу с лишним лет в этот алфавит понадобилось ввести лишь две новые (по звуковому значению) буквы: «й» (при реформе 1735 г.) и «ё» (в современной ее форме впервые в 1797 г.). <…> Именно это и определяет оригинальность кириллического алфавита и должна быть признана одной из наиболее самостоятельных, <…> построенных буквенно-звуковых систем» [38].

Глаголица

В 1836 году была издана глаголическая рукопись «Сборник Клоца» (Glagolita Clozianus) – старославянская глаголическая рукопись XI века, после чего учеными была выдвинута гипотеза о большей древности глаголицы по сравнению с кириллицей. В 40-е годы XIX века русский славист В.И. Григорович (1815–1876) из своего путешествия на Афон и Балканский полуостров получил целый ряд данных, имевших важное значение для соотнесения кириллицы и глаголицы. Им был открыт ряд глаголических памятников: Мариинское евангелие, кириллический памятник XIII века, Боянский палимпсест XI века, в котором на некоторых страницах кириллический текст был написан поверх смытого глаголического, Охридский апостол XII века, в котором отдельные фрагменты написаны глаголицей. В.И. Григорович нашел также греческое житие святого Климента, в котором сообщалось, что святой Климент изобрел новую «более ясную» азбуку. В 1855 году были открыты «Пражские глаголические отрывки» XI века.

Источник глаголицы – гетские руны

В 1640 году Рафаил Ленакович (Raphael Lenakovich) написал труд «Древняя иллирийская литература» (De litteris antiquorum Illyriorum), в котором привел уникальные сведения о существовании у славян древней дохристианской письменности, называемой гетскими рунами. В 1766 году граф Клеменс Грубисич (Klemens Grubisich) издал в Венеции книгу под названием «Происхождение и история глаголического славянского алфавита, исследование Вульгаты Иеронима» (In originem et historiam alphabet Slavonic Glagolitici, vulgo Hieronymiani disquisitio). Грубисич утверждал, что глаголица была составлена задолго до Рождества Христова неким Fenisius из Фригии, взявшим в основу гетские руны. «В русском языке синонимом слова “фригийский” служит слово “троянский”». Чешский историк Геласий Добнер (1719–1790) посвятил этому вопросу целое исследование: «Действительно ли так называемая теперь кирилловская азбука есть изобретение славянского ап. Кирилла?» (1786). В 1848 году русский филолог-славист академик И.И. Срезневский (1812–1880) писал: «Особенность многих глаголических букв приводит издавна к заключению, что глаголица есть древняя азбука языческих славян и, следовательно, древнее кириллицы». На бо́льшую древность глаголицы также указывают и палимпсесты – рукописи на пергамене или папирусе, в которых старый текст смыт или соскоблен, а сверху по нему написан новый. На всех сохранившихся палимпсестах соскоблена глаголица и новый текст написан на кириллице. Нет ни одного палимпсеста, в котором была бы соскоблена кириллица и по ней написана глаголица. Тексты, переписывающиеся с глаголического письма на кириллицу, содержат хронологические ошибки в датах, поскольку числовое значение букв глаголицы и кириллицы не совпадает. Кириллические числовые значения ориентированы на греческий алфавит. Из обнаруженных ныне древних фолиантов X–XI веков, из 18 рукописей 11 являются глаголическими. [40].

В 1716 году Иоганн Якоб Веттштейн (1693–1754), при изучении древнего библейского манускрипта V века, обнаружил, что текст имеет разные наслоения и разную датировку письма и коррекции. В 1834 году листы кодекса были обработаны специальными химическими реагентами, что позднее позволило Константину фон Тишендорфу (1815–1874) разобрать почти весь исходный библейский текст кодекса с гораздо большей степенью точности, хотя это потребовало больших усилий, т.к. многие листы рукописи порваны, чернила выцвели, написанный поверх поздний текст очень затрудняет чтение, так что некоторые места до сих пор остаются нерасшифрованными. Тишендорф опубликовал результаты своей работы над расшифровкой текста Нового Завета в 1843 году; в 1845 году им был опубликован и текст Ветхого Завета. Тишендорф установил, что над рукописью работали два писца: один над Ветхим Заветом, другой над Новым. Кроме того, он обнаружил, что в рукопись два раза вносили исправления: по-видимому, в VI веке в Палестине и в IX веке в Константинополе. В научном мире этот манускрипт получил название «переписанный кодекс Ефрема» (Codex Ephraemi Rescriptus) и хранится ныне в Национальной библиотеке Франции. Уникальность этого кодекса заключается в том, что он изначально был написан на глаголице, но в XII веке глаголический текст был выскоблен и на многих листах этого манускрипта был записаны 38 гомилий [41] святого Ефрема Сирина (ок. 306–370) на греческом языке! Русский ученый историк и археолог А.Д. Чертков (1789–1858), который с 1847 по 1857 годы был президентом «Общества истории и древностей Российских», утверждал, что славяне и русы происходят по прямой линии родства от пеласгов, этрусков, венетов и гетов, которые были известны под именем пеласго-фракийских племен. Истории известны свидетельства древних, что пеласги и до прибытия к ним Кадма имели свою азбуку и что первоначальная азбука была передана им Музами, что свидетельствует о незапамятной древности письма у пеласгов, которые переселились из Северного Причерноморья сначала в Малую Азию, а потом в Финикию и Палестину. А.Д. Чертков считал, что пеласгические буквы суть этрусские или славянские, всего в первичном алфавите было 16 букв. «Эти буквы алфавита близки к славянскому «Кирилловскому письму» и могут быть названы прототипом всех европейских алфавитов! Это алфавит знаменитый французский историк и географ Жак Элизе Реклю (1830–1905) назвал «Антикум», как основополагающий для всей цивилизации Севера. В «Илиаде» Гомера упоминаются пелазги как союзники Трои, при описании владений Ахилла упоминается «пеласгический Аргос», расположенный в южной Фессалии. В «Одиссее» пеласги упоминаются среди народов, населяющих Крит, а также остров Лемнос и Грецию до прихода туда греков.

«Остров есть Крит посреди виноцветного моря, прекрасный,

Тучный, отовсюду объятый водами, людьми изобильный;

Там девяносто они городов населяют великих.

Разные слышатся там языки: там находишь ахеян

С первоплеменной породой воинственных критян; киконы

Там обитают, дорийцы кудрявые, племена пеласгов,

В городе Кносе живущих».

Гомер, как и другие греческие авторы, проводит различие между пеласгами и «критянами», как о двух совершенно разных народах. Гекатей Милетский (550–490 гг. до н.э.) в «Генеалогиях» отмечает: «Фессалия ранее называлась Пеласгия». Геродот сообщает, что некогда Эллада называлась Пеласгия; пеласги до эллинского племени говорили и писали на своем языке». Сохранившиеся фрагменты письменности пелазгов обнаружены на Лемносской стеле и Пирейском льве. Пелазгическая письменность полностью идентична сохранившейся во множестве этрусской, что свидетельствует о кровном родстве и единстве этих древних славянских народов. Население Аттики тоже принадлежало к пеласгам и называлось кранаями. <…> «Пеласги находились на более высокой стадии развития, чем греки!» [42].

Гонения на учеников и последователей святых Кирилла и Мефодия

Миссионерская деятельность святых равноапостольных Кирилла и Мефодия и их учеников встретила сильное противодействие и преследование католического епископата. Мотивацией гонений на просветителей славян была так называемая трехъязычная ересь – заблуждение католической курии, что проповедовать Евангелие на языках народов мира недопустимо, так как на табличке, прибитой ко Кресту были сделаны надписи только на трёх языках: еврейском, греческом и римском, значит, «проповедь христианства допускается только на этих языках». Абсурдность такого «богословия» бросается в глаза любому честному и здравомыслящему человеку кто знаком с Евангельским повествованием. В Евангелии от Матфея написано: «идите, научите все народы» (Мф. 28, 19), у евангелиста Марка: «пошли и проповедовали везде» (Мк. 16, 20), у евангелиста Луки «и проповедану быть во имя Его покаянию и прощению грехов во всех народах» (Лк. 24, 47), у евангелиста Иоанна Богослова: «как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас» (Ин. 20, 21) – на проповедь всем народам. Для чего в день Пятидесятницы всем Апостолом был даны харизматические дары от Бога, один из которых, был владение всеми существующими тогда языками и наречиями мира? Католическая церковная власть в лице папы Стефана V в 890 году перешла к открытому преследованию учеников святого Мефодия, и папа вторично повторил запрещение и проклятие книг Священного Писания и Богослужебных сборников, написанных на славянском языке!

В 885–886 годах, при князе Святополке I (ок. 840–894), в Моравской Церкви произошло гонение на православное духовенство, по указу папы Римского, святой Горазд Охридский (кон. IX – нач. X вв.) архиепископ Великой Моравии [43] был изгнан из своей епархии и с ним 200 православных священников. Многим ученикам и последователям равноапостольного Мефодия пришлось спасаться от католического преследования бегством в Болгарию. Те же, кто не подчинился, по свидетельству жития святого Климента Охридского (ок. 840–916), были проданы в рабство еврейским купцам, из которого их выкупили послы византийского императора Василия I (ок. 811/836–886) в Венеции и переправили в Болгарию [44]. В Болгарии ученики создали всемирно известные литературные школы в Плиске, Охриде и Преславе.

Сводная таблица древнейших славянских алфавитов

Алфавит Марсилианы

В истории русско-венетского и в целом индоевропейского письма занимает важное место азбука, получившая название «алфавита Марсилианы». Этот алфавит, использовался в Хетрурии (Этрурии) на заре её развития, в VIII–VII веках до н.э. «Алфавит Марсилианы, являясь конкретным алфавитом VIII века до н.э., использовавшимся, вероятно, в дидактических целях, представляет собой одновременно и очень важное дополнение к исходному фактическому материалу, и надёжный ключ в искомом решении проблемы. Алфавиту Марсилианы исследователи уделяют большое внимание, прежде всего потому, что он положил начало хетрусскому (этрусскому) алфавиту, более поздний вариант которого, являясь одним из старейших европейских алфавитов, стал основой латинского письма. Между тем для нашего исследования важно другое – то, что этот алфавит является ранним русско-венетским алфавитом, получившим распространение и дальнейшее развитие во всех уголках русско-венетского мира. Возможно, русско-венетские (славянские) народы в процессе своих миграций принесли этот алфавит на Апеннины. В то же время хетрусская линия развития является важной, но всё-таки не единственной ветвью развития венетской азбуки. Основная линия для русско-венетского алфавита – собственное развитие. Однако на это обстоятельство, на основную линию развития русско-венетской азбуки учёные, заражённые псевдоидеей о том, что у славян до IX века н.э. не было своей письменности, как раз и не обращали внимания. Более того, наоборот, на основании явной корреляции между графемами алфавитов обычно делался категоричный вывод, что хетрусский алфавит произошёл от раннего западного греческого. Главный довод в пользу такого вывода весьма прост: «они похожи». Сразу отметим, что этот факт доводом отнюдь не является, поскольку близки между собой и похожи на древний греческий и на алфавит Марсилианы очень многие алфавиты: анатолийские, североиталийские и др. И при этом все они похожи на более древний – финикийский. В таком случае нельзя отбрасывать возможность происхождения сходных алфавитов от общего корня. Хетрусская и тем более венетская азбуки из греческого алфавита не выводятся! А вот цепочка эволюции венето-славянского письма от анатолийских алфавитов к венетскому и далее вплоть до новгородского – выстраивается чётко. Даже прямое сравнение азбуки Марсилианы с новгородской азбукой позволяет увидеть это сходство. Говоря о сравнении азбуки Марсилианы с греческим алфавитом и новгородской азбукой, необходимо учитывать следующее принципиально важное обстоятельство: речь идёт о сравнении двух разных классов явлений. В одном случае сравниваются алфавиты разных языков, в другом варианты алфавитов одного и того же языка. Дело в том, что греческий и русско-венетские языки – родственны, но это отдалённое родство. А греческий и хетрусский и вовсе существенно разные языки. Поэтому при сравнении греческого и венетского, греческого и хетрусского алфавитов речь может идти лишь о схожести графем дальнородственных языков. А вот ранний русско-венетский и поздний русско-венетский в том числе новгородский языки – всего лишь разные этапы развития одного и того же языка. И при сравнении алфавитов в данном случае на первый план выходит не схожесть графики, а общность русско-венетской и славянской фазы развития единого в своей основе языка. Алфавит Марсилианы, найденный в Хетрурии, является ранним хетрусским алфавитом, исходным для развития последующих вариантов, учитывающих изменения, происходившие в хетрусском языке. Строго говоря, между собственно венетской азбукой того времени и алфавитом Марсилианы, принесённым венетами в будущую Хетрурию, существовала некоторая разница. Начальный этап становления русско-венетской азбуки можно считать, что разница эта была незначительной, или её и вовсе не было. Эта уверенность основана на сравнении алфавита Марсилианы с киевской и новгородской азбуками X-XI веков. Действительно, разница между древними русско-венетскими и дочерним раннехетрусским алфавитами, относящимися к одной фазе развития индоевропейских буквенно-звуковых алфавитов, не может быть большей, чем разница между древневенетской и, например, новгородской азбуками. Иначе говоря, речь идёт об одном и том же в своей основе алфавите или об очень близких вариантах. По этой причине, осуществляя крупномасштабные сравнения, вполне правомерно пользоваться алфавитом Марсилианы в качестве конкретного палеографического материала и в качестве критерия при определении базового венетского алфавита начала I тысячелетия до н.э. Тем самым подчёркивается, что речь идёт об алфавите типа Марсилианы» [45].

Алфавит Марсилианы. Фото из открытых источников

«Алфавит Марсилианы» – это этрусский алфавит, который изображён на табличке из слоновой кости, найденной при раскопках некрополя вблизи города Марсилиана де Альбенья в Центральной Италии. Табличка датируется концом VIII или началом VII века до н.э. и содержит 26 знаков: 21 согласную и 5 гласных.

Заключение

Следствием глубокой русского секуляризацией общества XIX века стало отрицание христианской антропологии – единственно правильного знания о человеке, как о носителе образа и подобия Бога. Западная атеистическая философия в конечном итоге привела к появлению дарвиновской теории. Дарвин развивал свою идею о возрастании разумной жизни на земле от низшей формы к высшей, вне бытия Бога и Его живого Промысла и попечения о человеке. Соответственно, по мере прироста интеллекта у homo sapiens, по мысли Дарвина, постепенно появилась речь, как следствие появление разума, начала формироваться семья, как следствие развития общества первых людей, у которого, позже, появилась потребность в записи мыслей, речи, как средства общения, посредством: простейших петроглифов, различных пиктограмм. По мере усложнения появились ныне существующие виды письменности. Теория Дарвина – это страшная ошибка и заблуждение! Разумная личность – человек – был создан Богом разумным, совершенным и прекрасным, и изначально был наделён различными совершенными навыками и глубиной познания окружающего мира. Поэтому письменность была создана первыми людьми ещё на заре жизни человечества. Современная цивилизация – это мир упадка и деградации, а не прогресса и развития человечества. Современный человек, обольщённый слишком высоким мнением о себе, на деле оказывается, весьма жалок, думая, что он находится на вершине интеллектуального развития, на самом деле, скорее находится в состоянии распада, чем созидания.

Какую имели фантастическую интеллектуальную силу и совершенные таланты наши древние предки, если они, на основе единого языка и письменности, со временем, могли создать, такое удивительное языковое богатство народов мира? Многие современные достижения прогресса не стоят одного языка из сотен, существующих на земле.

Язык – наше сокровище, каким обладает разумный человек в этом мире, радость общения, радость познания способность передавать живущим и потомкам знание о себе и окружающем мире – вот что является великим даром жизни. Древние люди понимали, что этот дар они получили от Бога, с небес и поэтому к языку и письменности было священное и благоговейное отношение как сверхъестественному дару! «Язык – это прежде сего словарь, который представляет собой некий органон мысли, то есть орудие восприятия и осмысления действительности; каждое слово языка, точнее, его корень – это не условный знак, а особый, национальный своеобразный способ истолкования и представления понятия. У А.С. Шишкова впервые не только в русской, но и в новой европейской литературе выражена мысль о том, что позднее Вильгельм фон Гумбольд (1767–1835) будет называть внутренней формой языка, А.А. Потебня (1835–1891) – внутренней формой слова, А.Ф. Лосев (1893–1988) – ноэмой слова. А.С. Шишков в книге «Рассуждение о любви к Отечеству писал: «Язык есть душа народа, зеркало нравов, верный показатель просвещения, неумолчный проповедник дел. Возвышается народ, возвышается язык; благонравен народ, благонравен язык. Никогда безбожник не может говорить языком Давида: слава не открывается ползающему в земле червю. Никогда развратный не может говорить языком Соломона: свет мудрости не озаряет утопающего в страстях и пороках. Писания зловредных умов не проникнут никогда в храм славы: дар красноречия не спасает от презрения глаголы нечестивых. Где нет в сердцах веры, там нет в языке благолепия. Где нет любви к Отечеству, там язык не изъявляет чувств отечественных. Где учение основано на мраке лжеумствований, там в языке не воссияет истина; там в наглых и невежественных писаниях господствует один только разврат и ложь. Одним словом, язык есть мерило ума, души и свойств народных. Он не может там цвести, где ум послушен сердцу, а сердце слепоте и заблуждению. Но где добродетель вкоренилась в душах людей, где всякому любезен язык правоты и чести, там, не опасаясь стрел невежества и клеветы, растут и зреют одни только плоды наук и трудолюбия» [46].

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Колесов В.В. Древняя Русь: Наследие в слове. Мир человека. СПб.: Филологический факультет СПБГУ, 2000. С. 19.

[2] Классен Е.И. Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и славяно-руссов до рюриковского времени в особенности с легким очерком истории руссов до Рождества Христова. Вып. 1–3. 1854. М.: Белые альвы, 2011. С. 39–40.

[3] Димитрий Ростовский, святитель. Летопись. Синопсис. Репр. изд. М.: Изд-во Моск. подворья Св.-Троиц. Сергиевой лавры, 1998. С. 93.

[4] Шишков А.С. Славянорусский корнеслов: Язык наш – древо жизни на земле и отец наречий иных / Сост. Л.С. Яковлева. СПб., 2011. С. 43–46.

[5] Драгункин А.Н. Пять сенсаций. М., 2011. С. 75.

[6] Там же. С. 543.

[7] Там же. С. 534.

[8] Там же. С. 543.

[9] Гладышев В.В. Наследство атлантов. Русь изначальная. М., 2007. С. 52.

В 2007 году в предисловии к своей опубликованной в Индии книге «Cognate words in Sanskrit and Russian» («Родственные слова в санскрите и русском») индийская исследовательница Инду Лекха, подводя итог своим более чем 30-летним исследованиям славянских языков: «Интересно отметить, что, несмотря на огромную разницу во времени и пространстве, санскрит и русский настолько поразительно похожи друг на друга в своих индоевропейских основах, что это вынуждает нас поверить в то, что оба эти языка произошли из одного и того же первоисточника». Indu Lekha. Cognate words in Sanskrit and Russian. Pratibha Prakashan, 2007. С. 230. Индийский историк и филолог Рахула Санкритьяяна (1893–1963) в своей книге «От Волги до Ганга», выпущенной в 1953 году в Индии (Rahula Sankrityayana «From Volga to Ganga», Mussoorie, Rahula Publication, India, 1953) пришел к выводу об уникальной близости русского языка и санскрита: «Не было и не могло быть случайным такое обилие удивительных лексических соответствий в санскрите и русском (и ряде других славянских языков), параллелей не только в значении слов, но и в способах образования новых слов и их форм, в роли приставок и суффиксов и т.д.» Гусева Н.Р. Русский Север – прародина индославов. М.: Вече, 2010. С. 11. Доктор исторических наук Н.Р. Гусева (1914–2010) о древности санскрита и русского языка пишет: «…санскрит имеет не трехтысячелетнюю историю – такой цифрой измеряется всего лишь индийский период развития этого языка, а восходит он к гораздо более древним временам. <…> Любые «археологические» исследования живых языков могу помочь вскрыть в них пласты глубочайшей древности. От древнейшего рождается древнее, от древнего – новое и новейшее, и эта цепь неразрывна, это – историческая закономерность. И в самом новом продолжают жить и действовать древнейшие понятия и представления вместе с сохранившимися словесными их обозначениями, что прослеживается и в языках суперэтносов, ядро которых представлено носителем того языка всей данной многочисленной группы, которой в новое время получил название государственного русского». Гусева Н.Р. Русский Север – прародина индославов. М.: Вече, 2010. С. 14

[10] Кочергина В.А. Санскритско-русский словарь. М.: МГУ, 2005. С. 743.

[11] Там же. С. 542.

[12] Сабатино Москати. Древние семитские цивилизации: Вавилоняне, ассирийцы, хананеи. М.: Центрполиграф, 2012. С. 23.

[13] Струве В.В. Происхождение алфавита. М.: Едиториал УРСС, 2004. Репр. изд-ие 1923. С. 29.

[14] Геродот. История: В 9 книгах / Пер. и прим. Г.А. Стратановского. М.: Ладомир, 1993. Кн. II, 56. С. 98.

[15] Рамсес III // Энциклопедия Академик.

[16] Электронная еврейская энциклопедия // http://www.eleven.co.il/article/14510. Т. 10. Кол. 574–575.

[17] Советский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1980. С. 480.

[18] Константинов Н.А. О начале русской письменности // Нева. 1957. № 7. С. 178–182.

[19] Формозов А.А. Сосуды срубной культуры с загадочными знаками // Вестник древней истории. 1953. № 1 (43). С. 193–199.

[20] Константинов Н.А. Скифо-сарматские знаки на памятниках Причерноморья // Крым. 1951. № 7. С. 245–255. Он же. История русской азбуки // Знание – сила. 1953. № 1. С. 1–6; Он же. О начале русской письменности // Нева. 1957. № 7. С. 178–182; Он же. Черноморские загадочные знаки и глаголица // Учен. записки Ленинградского университета. Серия: Филол. науки. Вып. 23. Л., 1957. С. 110–146.

[21] Городцов В.А. Заметка о глиняном сосуде с загадочными знаками // Археологические известия и заметки. 1897. № 12. С. 385–389; Он же. Заметка о загадочных знаках на обломках глиняной посуды // Там же. 1898. № 11-12. С. 370–372.

[22] Самоквасов Д.Я. Раскопки северянских курганов в Чернигове. М., 1916.

[23] Тышкевич К.П. Свинцовые оттиски, найденные в реке Буге у Дрогичина // Древности, 1864-1965. Т. 1; Авенариус Н.А. несколько слов о дрогичинских пломбах. М., 1892; Болсуновский К.В. Дрогичинские пломбы. М., 1894.

[24] Культура Древней Руси. Т. I-II. М., 1950-1951; Арциховский А.В. Введение в археологию. М., 1947; Эпштайн Е.М. К вопросу о времени происхождения русской письменности // Учен. зап. ленин. ун-та. Вып. 5. 1947; Черных П.Я. Происхождение русского литературного языка и письма. М., 1950.

[25] Макаренко Н.Е. Археологические исследования 1907-1909 гг. // Известия археологической комиссии. Вып. 43. 1911; Артамонов М.И. Надписи на баклажках Новочеркасского музея и на камнях Маяцкого городища // Советская археология. Вып 19. 1954; Щербак А.М. Несколько слов о приемах чтения рунических надписей, найденных на Донгу // Там же.

[26] Истрин В.А. 1100 лет славянской азбуки / Отв. ред. Л.П. Жуковская. М.: Изд-во ЛКИ, 2011. С. 109–110.

[27] Процитированное В.А. Истриным сообщение эль Недима «Русские письмена» (см.: Гаркави А.Я. Сказания мусульманских писателей о славянских и русских письменах (с половины VII века до конца X века по Р.Х.). СПб., 1870. С. 240) было ранее квалифицировано как свидетельство о письме на бересте. См.: Л.П. Жуковская Новгородские берестяные грамоты. М., 1959. С. 10–12. Рунические надписи были обнаружены на Пневищенском камне, который приобрел князь А.М. Дондуков-Корсаков (1820–1893) в 1874 г. Более ста руноподобных надписей и рисунков, процарапанных на костях животных и птиц, было обнаружено в 1976–1988 гг. во время раскопок у деревни Масковичи Браславского района Витебской области.

[28] Бартольд В.А. Древнейшие памятники русского письма и языка // Культура и письменность Востока. Кн. 4. Баку, 1929.

[29] Львов А.С. Някои въпроси от кирило-методиевската проблематика // Български език. София, 1960. Кн. 4.; См.: Димитрий Ростовский, свт. Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней свт. Димитрия Ростовского с дополнениями, объяснительными примечаниями и изображениями святых. Изд. Свято-Введенской Оптиной Пустыни, [1998]. Репр. с изд-ния 1905 г. Ноябрь день 25.; См.: Очерки по истории Русской Православной Церкви 988–1988 гг. Изд. Отдел Московской Патриархии, 1988. Вып. I. Кн. I. С. 73,76,78.; См.: Первое правление Фотия, патриарха Константинопольского. «Окружное послание к Восточным Архиерейским Престолам» / Ф.М. Россейкин. Сергиев Посад: тип. Св.-Тр. Сергиевой лавры, 1915. С. 384.; См.: Буланин Д. М. «Паралипомен» Иоанна Зонары и первое крещение Руси // Slověne. 2021 Vol. 10, № 1 C. 72–93.; См.: ПСРЛ. Т. 9. СПб.: тип. Эдуарда Праца, 1862. С. 13.; См.: Продолжатель Феофана. Жизнеописания византийских царей / пер. Я.Н. Любарский. СПб.: Наука, 1992. С. 142–143.; Густынская летопись / подг. текста Ю.В. Анхимюка, С.В. Завадской и др.; ред. тома: В.А. Кучкин, отв. ред. Л.Л. Муравьева, А.М. Панченко // ПСРЛ. Т. 40. СПб.: Дмитрий Буланин, 2003. С. 202.

[30] Лавров П.А. Материалы по истории возникновения древнейшей славянской письменности // Труды славянской комиссии. Т. 1. Л., 1930. С. 37.

[31] Повесть временных лет. Ч. I. М.-Л., Издательство Академии наук СССР. 1950. С. 28, 35.

[32] Договоры Византии с другими народами обычно писались на греческом языке и на языке той страны, с которой Византия заключала договор.

[33] Обнорский С.П. Язык договоров русских с греками // Язык и мышление. Вып. V–VII. М.-Л., 1936. С. 403. Согласно С.П. Обнорскому, перевод договора 911 г. выполнен болгарином, но отредактирован русским; перевод договора 944 г. выполнен русским.

[34] Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. М.: Русский язык, 1998. Репр. изд-ие 1880–1882 г. Т. 3. С. 273.

[35] Григорий Дьяченко, протоиер. Полный церковнославянский словарь. М.: Изд. Московской Патриархии, «Посад», 1993. Репр. с изд-ния 1900 г. С. 287–288. См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М.: Русский язык, 1990. С. 334.

[36] Трубецкой Н.С. Общеславянский элемент в русской культуре. М., 1995. С. 168–169. Солунский диалект – совокупность восточноюжнославянских говоров, распространённых в греческой области Центральная Македония, а также в приграничных с Грецией юго-восточных областях Гевгелия и Дойран Республики Македонии. В прошлом был распространён в Салониках и их окрестностях.

[37] Лин фон Паль. Оккультные тайны Третьего рейха. СПб.: Астрель-СПб, 2007. С. 161–177.

[38] Истрин В.А. 1100 лет славянской азбуки / Отв. ред. Л.П. Жуковская. М.: Изд-во ЛКИ, 2011. С. 62.

[39] Шафарик П.Й. О происхождении и родине глаголитизма // ЧОИДР. 1860. Кн. IV. Отд. III. С. 1–66.

[40] Лисовый И.А., Ревяко К.А. Античный мир в терминах, именах и названиях: Словарь-справочник по истории и культуре Древней Греции и Рима / Науч. ред. А.И. Немировский. Мн., 2001. См. также: Античная культура: литература, театр, искусство, философия, наука. Словарь-справочник / Под ред. В.Н. Ярхо. М., 1995. Древние глаголические отрывки, найденные в Праге: Чтение акад. И.И. Срезневского. СПб: тип. Имп. Акад. наук, 1857. С. 21 // Срезневский И.И. Мысли об истории русского языка: читано на акте Императорского С.-Петербургского университета, 8 февраля 1849 года. СПб.: в тип. военно-учебных заведений, 1850. С. 133.

[41] Гомилия (др.-греч ὁμιλία – «общение», «беседа») – особая форма христианской проповеди, которая подразумевает углубленное объяснение и истолкование отрывков из Священного Писания.

[42] Шницер Я.Б. Иллюстрированная всеобщая история письмен. СПб., 1903. С. 222–223. Жак Элизе Реклю (1830–1905) – французский географ и историк, член Парижского географического общества. В своей «Древней Истории» (гл. X) называет алфавит «Антикум» «умбрийско-оскийским» от славянского народа умбров и осков, в древности переселившихся в северную, а потом и южную Италию с Балканского полуострова. См.: Савельев Е.П. Историческое исследование. Ч. 1–2: Древняя история казачества. Новочеркасск: тип. «Дон. печатник», 1915. Ч. 1. С. 71. См.: Гомер. Одиссея. СПб., 2012. XIX, 173–178. С. 298. Гомер. Илиада / пер. Н.И. Гнедича. Л.: Наука, 1990. II, 840–843. С. 37; X, 429. С. 142. См.: Scripta antiqua: Вопросы древней истории, филологии, искусства и материальной культуры: Альманах / Международный институт античного мира им. Г.М. Бонгард-Левина; гл. ред.: М.Д. Бухарин. Т. 2. М.: Собрание, 2012. С. 344. См.: Геродот. История: в 9 книгах / пер. и прим. Г.А. Стратановского. М.: Ладомир, 1993. Кн. I, С. 27; 57–58; Кн. II, 56. С. 98. Народ кранаев-пеласгов был назван по имени одного из первых царей Аттики – Краная. Кранай (др.-греч. Κραναός) – царь Аттики, царствовавший после Кекропса. При нем произошел «Девкалионов потоп». Был женат на Педиаде, дочери Менита из Лакедемона. Его дочери Краная, Кранехма и Аттида. Народ кранаев называли еще «сыны Краная». См.: Геродот. История: в 9 книгах / пер. и прим. Г.А. Стратановского. М.: Ладомир, 1993. Кн. VI, 137. С. 311.

[43] Горазд Охридский (кон. IX – нач. X вв.) – ученик святого равноапостольного Мефодия, составителя славянской азбуки. Первый архиепископ славянин-словак – он был архиепископом Великой Моравии. Сопровождал святых равноапостольных Кирилла и Мефодия в их поездке в Рим в 867 году. В 885–886 годах, при князе Святополке I, римские епископы стали препятствовать словакам совершать богослужения в храмах и молиться дома на церковнославянском языке, требуя повсеместно ввести в употребление латынь в Моравской Церкви. Архиепископ Горазд вступил в спор с латинским духовенством, возглавляемым Вихингом, епископом Нитры, на которого в своё время святой Мефодий наложил анафему. Вихинг с одобрения папы Римского изгнал архиепископа Горазда из его епархии и с ним 200 православных священников, а сам занял его место архиепископа. В конечном итоге богослужение в Моравии на славянском языке было прекращено и стало совершаться только на латинском языке. Многие православные ученики святых Мефодия и Горазда были вынуждены скрыться от преследований латинян в Болгарии.

[44] Татищев В.Н. От скифов до славян: история Российская во всей её полноте. М., 2011. С.31. Об уничтожении католиками славянских книг, написанных кириллическим и глаголическим письмом, В.Н. Татищев писал: «они папистами так истреблены, что сыскать трудно». См.: Бартольд В.А. Древнейшие памятники русского письма и языка // Культура и письменность Востока. Кн. 4. Баку, 1929. С. 59–63, 161–162, 163–170, 182–183, 309–311. Камчатнов А.М. Библия, А.С. Шишков и «гроза двенадцатого года» // Книга в пространстве культуры: Сб. ст. / Сост. Т.Л. Миронова. Вып. 1 (8) 2012.

[45] Леднёв B.C. Венеты. Славяне. Русь. Историко-этимологические и палеографические проблемы / Леднёв B.C. Издание 2, испр. и доп. – М.: Институт экспертизы образовательных программ и государственно-конфессиональных отношений Учебного комитета при Священном Синоде Русской Православной Церкви, 2010. С. 139–143,145–147. «Алфавит Марсилианы» – это этрусский алфавит, который изображён на табличке из слоновой кости, найденной при раскопках некрополя вблизи города Марсилиана де Альбенья в Центральной Италии. Табличка датируется концом VIII или началом VII века до н.э. и содержит 26 знаков: 21 согласную и 5 гласных.

[46] Шишков А.С. Рассуждение о любви к Отечеству. СПб., 1812. С. 48–50.

Н.В. Солнцев